Триумф джаза в Иерусалиме

 

Занимающийся не чистым джазом, но свободной от уже созданных тем музыкой, а также много пишущий камерных сочинений и музыки для театра и кино, предложил расширить понятия и объединить джазменов и авторов и исполнителей так называемой «альтернативной» музыки, т.е. музыки всех жанров, не относящихся к чистой классике или к современным продуктам шоу-бизнеса (именно современным, поскольку лучшие из старых подобных продуктов постепенно превращаются в классику или вечнозеленые джазовые темы). Он же предложил название «Джаз-глобус», поскольку основой современного джаза является не только американская музыка, а лучшие современные джазмены - не всегда американцы. И музыка, и исполнители со всего глобуса – вот девиз ассоциации, которая 2 года назад провела первый, год назад – второй, а в ноябре-декабре этого года – третий фестиваль «Джаз-глобус». Естественно, все они проходили при поддержке Центра абсорбции артистов и отдела абсорбции Иерусалимского муниципалитета, ставших в течение двух лет единственными спонсорами фестиваля, набиравшему силу. В «Джаз-глобусе – 2004» на четырех концертах выступили около 50 только местных музыкантов, на следующий год на сцену в пяти концертах вышли более 50 израильтян и четверо гостей из США, Италии, Германии и Литвы, последний фестиваль, состоявший из шести концертов, собрал на «домашней» сцене ИКЦ двадцать ансамблей, в которых выступили около 60 музыкантов. Семеро из них представляли заграницу – США, Россию, Литву и Швецию, остальные – отечество.

 

Открыл фестиваль иерусалимский чудо-ребенок, посмотреть на которого сбежалась вся израильская джазовая и не только джазовая общественность. Даже, обычно не жалующие серьезное искусство, самые рейтинговые израильские вечерние новостные программы «Мабат» и «Новости + комментарии» устами народных любимцев Хаима Явина и Елены Лагутиной объявили о открывающемся фестивале, причем Явин (думаю, сказав впервые лет за 20 слово «джаз») с особой гордостью подчеркнул, что чудо-мальчик живет в Иерусалиме, видимо, и не подозревая, что его мама родилась в Москве. Мальчика зовут Ариэль Ланьи, ему 9 лет и он уже 4 года учится классическому музицированию на рояле и скрипке (!!!) и 2 года – джазу. Первый на моей памяти джазовый вундеркинд безумно талантлив, но, на мой взгляд, чрезмерно увлекается свободным джазом, еще не полностью не освоив 100-летнего джазового наследия. Именно поэтому его некоторые фантазии на темы стандартов слишком далеки от самих тем, а некоторым собственным пьесам не хватает формы. Ариэль преобразился, когда на сцену вышел его учитель басист Жан-Клод Джонс (большой специалист по фри-джазу), и стал играть строже и интереснее. На мой взгляд мальчик наиболее успешно сыграл на джем-сешн, когда на традиционную тему импровизировали с ним от 3 до 6 человек, и он обязан был солировать и аккомпанировать, и именно последнее он делал блестяще, демонстрируя не только умение играть, но и умение слушать, что в джазе встречается нечасто.

 

Сразу за Ариэлем вышел на сцену дуэт «Боб энд Дик». Увы, часть публики, в этот момент зал покинула, демонстрируя интерес исключительно к сенсации. В зале остались истинные поклонники джаза, уже не расходившиеся до конца первого дня – почти до полуночи. Остальные пять дней фестиваля также продолжались до полуночи – каждое выступление длилось около часа, а в антрактах джазовые фаны восторженно обсуждали услышанное и вспоминали былое… Вспоминать было чего, поскольку на сцене сменялись пять поколений музыкантов! «Боб энд Дик» (скрипач и басист Владимир Юрочкин и гитарист Дмитрий Горелик) представляли джазменов еще молодых, но уже не юных. Яркий и неудержимый мультимузыкант в союзе с забывающимся в своих бесконечно увлекательных импровизациях гитаристом-акустиком выступили по-настоящему джазово, принося всех себя в жертву музыке на сцене. В их игре не было ни капли коммерции и самолюбования. Некоторые пьесы, правда, были не вполне сбалансированы – музыканты забылись в музыке и немного забыли о публике, но у «Боб энд Дик» было главное – джазовое откровение.

 

Тромбонист из Швеции Эли Файнгерш, выйдя на сцену в гордом одиночестве, устроил с помощью своего инструмента и множества электронных приспособлений сорокаминутное действо, повергшее публику в изумление. Файнгерш – не джазовый музыкант, но его энергетике и изобретательности может позавидовать любой джазмен. Добавлю сюда блистательное владение инструментом («Манхэттен скул оф мьюзик» и работа в оркестре «Мерополитен-оперы» говорят о многом) и уникальную способность читать стихи на множестве языков и умение органично вставлять поэзию в музыкальное действо, что имело место не только на сольном выступлении Эли, но и в программе «Tabula Rasa», где его партнерами стали израильский пианист Ури Бреннер, литовский барабанщик Аркадий Готтесман и американо - русский тубист и вокалист Аркадий Фри-Мэн. Здесь уже не было электроники, зато была импровизация на «Чистой доске», в которой высочайшее мастерство всего квартета сочеталось с тонким вкусом, профессиональным чувством формы и заразительным чувством юмора. Почти трагические музыкальные эпизоды, обрамлявшие стихи Бродского сочетались с блюзовым черным скэтом белого Фри-Мэна, совместные импровизации на тубе и тромбоне переходили почти в драку двух друзей, игравших вместе еще 5 лет назад в Нью-Йорке, а беспорядочные звуки на рояле и ударных вдруг преображались в «Сент-Луис блюз», в виде … вальса.

 

Финал каждого концерта был посвящен экспериментам. Первый вечер завершил студенческий квартет «Джаз-н-ролл», в котором современные популярные рок-песни звучали в разных джазовых стилях, от свинга до хард-бопа. Каждая композиция была изящно скомпонована, не была перегружена сольными фрагментами, но и не была специально облегчена для слишком широкого круга любителей – во всем чувствовалась школа Славы Ганелина, учителя пианиста группы Омри Рыжего. (Фамилия уроженцу Израиля досталась от дедушки из Белоруссии). В финале второго вечера выступил сам Ганелин в тандеме с Пятрасом Вишняускасом – одним из ведущих современных сопрано-саксофонистов Европы. (Впочем, и в Америке, полагаю, такого не услышишь). Пятрас обладает уникальным звуком и тончайшей лирической натурой джазового поэта. В их композициях с Ганелиным мелодия и гармония всегда преобладают над диссонансными конфликтами (в отличие от ансамблей Ганелина с другими партнерами) и вводят в оцепенение всех слушателей, независимо от степени их подготовленности к свободной музыке.

 

Последний вечер завершал также ансамбль во главе с Ганелиным – «Альянс – 2006». Это была совершенно другая музыка, хотя началось действо с длинного и глубокого соло на тенор-саксофоне Алексея Зубова. Бесспорный главный герой фестиваля, лучший саксофонист Москвы на протяжении 30 лет, уехав 20 лет назад в Америку, исчез для большинства своих поклонников. Появившись впервые месяц назад на Родине (где отметил 70-летие), он также впервые приехал в Израиль, где его ждали встречи со старыми друзьями, младшими коллегами, помнящими его на советской сцене, и еще более младшим поколением джазменов, для которых в Союзе Зубов был исчезнувшей легендой. Алексей четырежды выходил на фестивальную сцену, напомнив о своем божественном звуке, безукоризненной технике и абсолютно нестандартном джазовом мышлении, позволившем ему не только блистательно играть «старую музыку «, но и реализовать свою давнюю мечту – выйти на сцену во фриджазовом составе. «Альянс – 2006» объединил Зубова, Ганелина, Фри-Мэна и Готтесмана во внешне странный ансамбль, вначале напоминавший квартет из известной басни Крылова, в котором на глазах у публики как бы отсутствующие связи начали возникать и превратились в неразрывные канаты полного взаимопонимания и абсолютной гармонии.

 

Еще один гость фестиваля, пианист из России Григорий Файн, не менял стили, но великолепно демонстрировал свою приверженность кумиру - Оскару Питерсону. (Особо ярко это было слышно на джеме в иерусалимском джазклубе «Артель», ставшем с этого года также спонсором фестиваля. На крошечной сцене Файн, Зубов и Фри-Мэн с удовольствием музицировали с местными молодыми музыкантами.) К сожалению, Файн – композитор уступает Файну – паианисту: в композиции по песням Гершвина отсутствовала драматургия, а собственные пьесы, сыгранные Григорием вместе с ведущим израильским скрипачом Сергеем Островским были однообразны. Очень украсили выступление Файна басист Валерий Липец и барабанщик Евгений Майстровский (ставшие лучшей ритм-секцией фестиваля) и Алексей Зубов, участвовавший в части его программы.

Зато Михаил Агрэ поразил всех взглядом на традиционный фортепьянный джаз из начала 21 века. Каждый год Миша и разные варианты его «Jerusalem art ensemble» (на этот раз партнерами пианиста были опытнейший контрабасист Эдуард Резонов и оригинальный барабанщик Пол Схалис) показывают оригинальную программу, в которой на этот раз сочетались барочная полифония, темы эпохи свинга и шутливая, однако профессионально точная бисовая композиция, в которой пьеса из «Времен года» Чайковского превращается в разные вечнозеленые джазовые темы.

 

Четверо музыкантов составили экспериментальное отделение «Классики ты играют джаз». Эксперимент удался – настоящего джаза мы не услышали, но услышали настоящий джазовый драйв, с которым культурные музыканты играют любимую ими музыку. Американский кантор Роберт Блох, родившийся с Гершвином и Керном (как в России рождаются с Глинкой и Чайковским), прекрасным тенором (что не всегда бывает и в опере) проникновенно пел любимые всеми песни, которые расцвечивал классный джазовый пианист Шимон Липкович. А Сергей Островский и Ури Бреннер сыграли виртуозную композицию Бреннера «Цыганка по Блю-Бреннеру», в которой композитор связывает виртуозную скрипичную пьесу с джазом. В сочинении много остроумного (кроме Равеля там присутствуют также Гершвин и Паганини), однако форма несколько размыта. Ури, желая сделать сочинение как можно более виртуозное и более джазовое, не смог ограничить себя жесткими рамками. Правда, на успех сочинения это не повлияло – публика была в восторге. Во многом – из за блистательной игры и Островского и самого автора, Ури Бреннера.

 

Липкович также выступил с квинтетом «Рондо», прогрессирующим от фестиваля к фестивалю: из робких ребят, возглавляемых опытным учителем, ансамбль превратился в классную группу, играющую настоящий кул-джаз. Но, несмотря на великолепные соло Дмитрия Шурина, виртуозный бас Липеца и игру очень выросшего за два года барабанщика Сергея Малова, волшебный звук рояля и мягкая, но страстная манера игры Липковича – главное достоинство ансамбля.

 

Наташа Родионова и «Друзья Наташи», наоборот, разочаровали – из самобытного трио на первых двух фестивалях они превратились в стандартный и громкий секстет, в котором каждый солирует в каждой пьесе, забывая, что «Друзья» должны деликатно аккомпанировать действительно хорошей певице. В шоу Александра Айзенштадта «Школа джаза» не было самого шоу (за исключением пения Фри-Мэна). Идея – показать, как академические музыканты осваивают джаз – оригинальна, но на воплощение ее надо было потратить больше сил и больше выдумки. Недостатки вполне исправимы к следующему фестивалю. Еще один возникший в «Джаз-глобусе» ансамбль, дуэт «Славянский базар» (клавишник Валентин Лазаров и саксофонист Дмитрий Шурин) выступили намного интереснее, чем год назад, добавив к собственным балканским композициям Лазарова два джазовых стандарта.

 

Ведущий израильский саксофонист Борис Гаммер, как всегда, был одним из главных «двигателей» фестиваля, став одним из лидеров джем-сешн (впоследствии превратившегося усилиями Фри-Мэна и Вишняускаса во «фри-джем») и выведшего на сцену свой блистательный джазроковый «8 till Late», в котором рядом с учителем играют два великолепных ученика разных поколений – Олег Нойман и Якир Сасон (каждый играет на «своем» саксе – от сопрано до тенора в порядке перечисления), уже упомянутые Липец и Майстровский и гитарист Илья Сельцов. Саунд группы напоминает легендарных «Брейкер бразерс», однако главная общность ансамблей – высочайшее индивидуальное и ансамблевое мастерство. Описывать игру секстета – занятие не благодарное, отмечу лишь, что это был один из лучших концертов на фестивале, несмотря на то, что весь он прошел на очень высоком уровне.

Гаммер, вместе с виртуозным трубачом Геннадием Литваком, Липецом, Майстровским, ветераном джаза пианистом Михаилом Куллем и его старинным другом и партнером Алексеем Зубовым устроили настоящий праздник, собравшись в группу «Ретро-джаз». Диалог Гаммера и Зубова в «Body and Soul», соло Кулля в «Blue Monk», требования биса в полдвенадцатого ночи (когда завтра на работу) и фантастический «Billie's Bounce» еще на четверть часа – все это, конечно же, не забудется…

 

Еще об одном выступлении. Вернее, о двух. Гитаристы Роман Алексеев и Евгений Писак показали две разные программы, в которых общим было лишь одно - блестящее исполнение. В фламенко-джазе (программа «в среду вечером в Иерусалиме», параллель со знаменитым «В пятницу вечером в Сан-Франциско» очевидна – в Иерусалиме в пятницу вечером не играют…) с ними выступал уникальный перкуссионист Моше Янковский, в «джипси-свинге», посвященном великому Джанго, к трио добавились Валерий Липец и Дмитрий Шурин. На сцене был яркий и неудержимый коллектив виртуозов-единомышленников. Собственно, так можно охарактеризовать всех участников Третьего фестиваля «Джаз-глобус», который завершился фри-блюзом, исполненным «Альянсом» на бис в бешеном темпе с бешеным темпераментом. Слава Ганелин сказал: «Мы так завелись, что могли играть до утра! Но надо было заканчивать фестиваль. Продолжим через год…».